Годовщина дня рождения Василия Стуса: вспоминаем жизнь и творчество поэта

Опубликовано: Пятница, 06 января 2017 15:30
Марина Мойнихан Автор статьи:

6 января исполняется 79 лет со дня рождения знаменитого украинского поэта и диссидента. #Буквы вспоминают самые интересные факты биографии Василия Стуса и связанные с ними ключевые стихотворения.

ПОЛИГЛОТ, ОТСТАИВАВШИЙ ПРАВО ГОВОРИТЬ ПО-УКРАИНСКИ

Василий Стус был четвертым ребенком в крестьянской семье с Винничины, переехавшей на Донбасс, чтобы избежать принудительной коллективизации. Мальчик рано пошел в школу и закончил ее с серебряной медалью, после чего поступил в Сталинский педагогический институт. Там Стус самостоятельно освоил латынь и выучил немецкий (впоследствии он увлечется переводами Рильке и Гете).

Закончив институт, будущий диссидент три месяца проработал преподавателем украинского языка и литературы в селе на Кировоградщине. В повседневной жизни он также говорил исключительно по-украински, отчего у поэта порой возникали конфликты с коллегами. Впоследствии один из свидетелей по его делу скажет, что сразу определил в Стусе "националиста" по его речи. О том, как возрождение языка Шевченко становится предзнаменованием освобождения, Стус писал в знаменитом стихотворении 1963-го года:

"Сто років як сконала Січ…" (уривок)

Ти вже не згинеш, ти двожилава,
земля, рабована віками,
і не скарать тебе душителям
сибірами і соловками.
Ти ще виболюєшся болем,
ти ще роздерта на шматки,
та вже, крута і непокірна,
ти випросталася для волі,
ти гнівом виросла. Тепер
не матимеш од нього спокою,
йому ж рости й рости, допоки
не упадуть тюремні двері.
І радісним буремним громом
спадають з неба блискавиці,
Тарасові провісні птиці —
слова шугають над Дніпром.

ПЕРВЫЙ АКТ НЕПОВИНОВЕНИЯ – НА КИНОСЕАНСЕ

После армии и непродолжительной работы литредактором "Социалистического Донбасса" Стус поступил в аспирантуру института литературы им. Шевченко. Однако его научная карьера была обречена в советских условиях: в 1965 году в кинотеатре "Украина" (показывали "Тени забытых предков" Параджанова) Стус присоединился к акции протеста против волны арестов в среде украинской интеллигенции.

Непокорного аспиранта исключили из института, и с тех пор он официально не связывал свою жизнь с литературой – работал кочегаром, разнорабочим и даже намазывальщиком клея на заводе по производству спортивной обуви. Однако поэзия заняла прочное место в жизни Стуса уже давно – еще до исключения из аспирантуры он подготовил первый сборник стихотворений "Круговерть".

Вспоминая случай на кинопоказе, Стус говорил, что не мог промолчать. В числе арестованных был и его близкий друг Иван Свитличный. Впоследствии  Стус посвятит одно из своих самых знаменитых стихотворений жертве большого сталинского террора 30-х – поэту Николаю Зерову:

Пам’ятi М.К. Зерова

Колеса  глухо  стукотять,  
мов  хвиля  об  паром,  
стрiчай,  товаришу  Хароне,  
з  лихом  i  з  добром.  
Колеса  б'ють,  колеса  б'ють,  
кудись  торують  путь,  
уже  й  додому  не  вернуть,  
додому  —  не  вернуть.  
Колеса  глухо  стукотять,  
колеса  стукотять  
в  христа,  в  вождя,  в  усiх  божат  
i  в  мать  i  в  перемать.  
Москва,  гора  Ведмежа,  Кем  
i  Попiв-острiв  —  шлях  
за  ґратами,  за  вартами,  
розбухлий  на  сльозах.  
I  знову  Вятка,  Котлас,  Усть  —  
Вим.  Далi  —  до  Чиб'ю.  
рад-соц-концтаборiв  союз,  
котрий  господь  забув.  
Диявол  теж  забув.  Тепер  
тут  править  iнший  бог:  
марксист,  расист  i  людожер  
один  —  за  трьох.  
Москва  —  Чиб'ю,  Москва  —  Чиб'ю,  
печорский  концентрак  
споруджує  нову  добу  
на  кровi  i  кiстках.

НЕВЕСТУ НЕ ОТПУГНУЛИ НОВЫЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

Свою будущую жену Валентину Попелюх Стус встретил в метро – и, к собственному удивлению, решил познакомиться (хотя сначала и заговорил с незнакомкой по-русски). Невесту он прозвал "Попелюшкой" - говорил, что она красива, как сказочная Золушка. Несмотря на то, что родителей Валентины долго "обрабатывали"  представители госбезопасности, предостерегая от брака с "ненадежным" Стусом, она все же согласилась выйти замуж за поэта, который на тот момент потерял место в университете. Свадьба состоялась в декабре 1965 года.

Сын Василия и Валентины, Дмитрий Стус –украинский литературовед. Ему отец, уже находясь в заключении, писал длинные письма: советовал читать европейских философов и литературу по буддизму, обсуждал фильмы Тарковского и просил прислать стихотворение Александра Олеся "Співають, плачуть солов’ї".

Известно, что поэт почти не посвящал жене стихов, но вечная спутница часто появлялась в них – то как центральный образ, то мельком.

В.П.

І не те, щоб жити — більше:
споконвіку б — без розлуки.
До віків і після віку —
це — любов. Оце — вона!
І не те, щоб знову — "з Богом!"
І не те, щоб — "чорту в зуби!"
Ні. Не те. А тихо-тихо:
ані пестощів, ні ласк.
Тільки б так: вона — як щогла,
в ріст Великої Дзвіниці
(велич гнітиться доземно,
ниць сягає до небес).
Не дзвонар ти. І не Шедель,
а відвідувач, закоха-
ний. Не говори — по вуха:
геть поверх людських голів...
Це — любов. Вона, як жінка
крутостегна. Це — початок
твій. Це вечір. Смерк ласкавий.
Це перерва, як прорив.
І не те, щоб більше — (жити б!)
І не те, щоб жити — (більше!)
... до віків і після віку —
перемрієш — тільки й того.

В ЛАГЕРЕ СТИХИ СТУСА ЗАУЧИВАЛИ НАИЗУСТЬ

Впервые Стуса арестовали в 1972 году. Он 9 месяцев провел в СИЗО: поэту инкриминировали ведение "антисоветской агитации".  По мнению партийных рецензентов, сборники Стуса (а на тот момент к "Круговерти" добавились еще "Зимние деревья" и "Веселое кладбище") были декадентскими пародиями на советскую действительность, а беспристрастный читатель может закрыть их "лишь с отвращением".

Приговоренный к 5 годам заключения и 3 годам ссылки Стус был отправлен на рудники. После освобождения в 1979 году провел на воле лишь несколько месяцев. Поэта, успевшего присоединиться к Украинской Хельсинской группе, арестовали как рецидивиста.

Многие помнят, что во время второго процесса государственным адвокатом Стуса выступал Виктор Медведчук – сам Стус планировал отказаться от его услуг и самостоятельно защищать себя в суде. Впоследствии украинский политик часто слышал в свой адрес обвинения в пособничестве палачам Стуса; сам Медведчук подчеркивает, что суд лишь подписывал заранее вынесенный партией приговор, поэтому его роль в процессе была номинальной.

В 1980-м Стуса приговорили к 10 годам принудительных работ и 5-летней ссылке. Украинский поэт отбывал срок в Пермском крае. Чтобы спасти хотя бы часть стихов, его лагерные товарищи заучивали десятки произведений Стуса, поскольку надзиратели уничтожали написанные Стусом стихотворения. Не гнушались они и физическими наказаниями. При этом поэт видел в администрации лагеря таких же пленников:

* * *
Невже ти народився, чоловіче,
щоб зазирати в келію мою?
Невже т в о є життя тебе не кличе?
Чи ти спізнав життєву путь свою
на цій безрадісній сумній роботі,
де все людською мукою взялось?
Ти все стоїш в моїй тяжкій скорботі,
твоїм нещастям серце пойнялось
моє недужне. Ти ж — за мене вдвоє
нещасніший. Я — сам. А ти — лиш тінь.
Я є добро, а ти — труха і тлінь,
а спільне в нас — що в'язні ми обоє
дверей обабоки. Ти — там, я — тут.
На порізнили мури, як статут.

ОСТАВИЛ О СЕБЕ МИФ

Реальные обстоятельства смерти Василия Стуса доподлинно неизвестны. Сам факт его кончины больше месяца скрывался от семьи. Официальная версия называет причиной гибели остановку сердца. Однако в числе более вероятных причин – удар упавшими 90-килограммовыми нарами (не исключено, что подстроенный по чьему-то злому умыслу) или переохлаждение, которого организм Стуса, истощенного и перенесшего тяжелую операцию на желудке, попросту не вынес.

Стус оставил после себя не только десятки стихотворений, но и миф, по масштабу сопоставимый с шевченковским. Некоторые из присутствовавших на эксгумации в 1989 году людей говорили о нетленности тела поэта (его перезахоронили на киевском Байковом кладбище). Литературовед Кость Москаленко пишет, что Стус идентифицировался с Христом, а кто-то находит божественные элементы даже в его имени (Chri-Stus) и намек на тайную вечерю - в том, как поэт угощал сокамерников  чаем. "Всю зону напоил на прощание", - вспоминал один из его товарищей, провожавших Стуса на Колыму. Но бесспорно, что реальный образ человека, восставшего против системы, сильнее этого посмертного мифа:

* * *
Як добре те, що смерті не боюсь я
і не питаю, чи тяжкий мій хрест.
Що вам, богове, низько не клонюся
в передчутті недовідомих верств.
Що жив-любив і не набрався скверни,
ненависті, прокльону, каяття.
Народе мій, до тебе я ще верну,
і в смерті обернуся до життя
своїм стражденним і незлим обличчям,
як син, тобі доземно поклонюсь
і чесно гляну в чесні твої вічі,
і чесними сльозами обіллюсь.
Так хочеться пожити хоч годинку,
коли моя розів'ється біда.
Хай прийдуть в гості Леся Українка,
Франко, Шевченко і Сковорода.
Та вже! Мовчи! Заблуканий у пущі,
уже не ремствуй, позирай у глиб,
у суще, що розпукнеться в грядуще
і ружею заквітне коло шиб.