Сегодня в Мариуполе неизвестными был расстрелян отпущенный под подписку о невыезде боевик “ДНР” Роман Джумаев. Покойный воевал против Украины на стороне России. Участвовал в убийствах украинских военных в Донецком аэропорту. Был несколько лет назад задержан нашими спецслужбами. Сидел в СИЗО до тех пор, пока чуть более месяца назад самый гуманный в мире Мариупольский суд не решил поиграться в актуальный после смены власти пацифизм и всепрощение.

Итогом домашнего ареста для Джумаева стали семь огнестрельных ранений.

Я пишу все это не для того, чтобы позлорадствовать. Хотя и особого сочувствия к покойному, конечно же, не испытываю. Не собираюсь я и петь дифирамбы возмездию, которое настигло Джумаева. Ведь возмездие по отношению к врагам и коллаборантам должно быть возведено в ранг государственной политики. Тем более, что мы не знаем что послужило причиной гибели этого человека. С одинаковым успехом это могло быть и возмездие и операция российских спецслужб и какие-то неизвестные нам третьи причины.

Интересно другое. Гибель Джумаева совпала по времени с активной дискуссией о продолжении мирного процесса. Со всех сторон украинское общество было атаковано неоднозначными заявлениями Президента и его команды. И о возможном проведении выборов на оккупированных территориях. И о том, что на очередной встрече “нормандской четверк”и может быть обсуждена так называемая формула Штайнмайера. Причем, на данный момент многие российские “независимые эксперты” имеющие постоянные пропуска в Кремль, да и сотрудники самой путинской администрации успели заявить о том, что безоговорочное согласие на формулу Штайнмайера – это условие для того, чтобы Россия хотя бы согласилась на встречу.

Формула Штайнмайера была предложена экс-министром иностранных дел Германии в 2015 году. В качестве жеста безисходности. Российское нежелание хотя бы имитировать выполнение Минска привело господина Франка-Вальтера Штайнмайера к мысли о том, что для нобелевского комитета по-большому все равно – какая из сторон конфликта сдаст свой национальный интерес. Соответственно отсюда и возникла инновационная идея принуждения к миру не агрессора, а жертвы, то есть Украины. Если вкратце, она предполагала что Украина выполняет политическую часть Минских соглашений в одностороннем порядке. До выведениям российских войск Украина закрепляет в конституции особый статус, проводит амнистию боевиков и фактически признает выборы, проведенные под дулами российских автоматов.

Слава Богу, тогдашнему руководству страны, прежде всего президенту, хватило ума для того, чтобы отвергнуть это предложение. Более того, в том же 2015 году свое слово в вопросе красных линий капитуляции сказал и Парламент, признав занятые российскими войсками территории окупированными и изменив закон об особом порядке самоуправления отдельными районами Донбасса, законодательно закрепив, что выборы на оккупированных территориях возможны только после, собственно говоря, деоккупации – то есть, после вывода войск и разоружения коллаборантов.

Формула Штайнмайера конечно же интересна Путину. Но не как способ решения конфликта. Путин никогда не выведет войска с оккупированных территорий. Так как именно наличие войск, а не какие-либо особые статусы, обеспечивает ему контроль над Донбассом и возможность шантажа украинского руководства активизацией боевых действий. Возможно Путин был бы не против создания на оккупированных территориях аналогов Приднестровья. С прямыми контактами между Киевом и уже “избранными” оккупационными администрациями. Что позволит частично ослабить санкционное давление на Россию. С бременем социальной ответственности, которая будет лежать на Украине. С возможностью влиять на украинскую политику путем контроля над голосами граждан оккупированных земель. Однако наличие оккупационного корпуса, пускай и в виде “миротворческого контингента” – неотъемлемое условие для создания Приднестровья. Гибридных автономий без реальных и осязаемых танков не бывает.

Боюсь, что цель Путина – в ином. Ведь в наших реалиях формула Штайнмайера очень легко превращается в формулу Джумаева. Представьте себе картину тотального всепрощения и безусловной амнистии. Картину экскурсии экс-боевиков и убийц по Киеву. После тысяч убитых на войне. Картину нашпигованных свинцом трупов. Трупов коллаборантов и украинских патриотов. Представьте себе украинские суды, которые отправляют в тюрьму ветеранов и героев войны. И власти, которые кордонами полиции защищают эти суды от толп людей. Представьте себе градус общественного накала и конфликта. Умножьте это на способности и возможности российских спецслужб. Которые могут попросту по очереди убивать всех кого захотят для того, чтобы напряжение росло. И в качестве ответа на задачу вы получите примерный план Путина для Украины. Формула Джумаева должна стать формулой хаоса и гражданского противостояния. Формулой обрушения власти и государства. Формулой перезапуска проекта “Новороссия”. Формулой, которая неминуемо приведет к новому общественному взрыву.

В драме государственности нет бутафорских пистолетов и повторных дублей. И чем быстрее актеры, играющие роль руководства страны, усвоят что кровь – не водица, тем выше будут наши общие шансы на выживание.