В феврале в Украине началась вакцинация от COVID-19 препаратом Covishield/AstraZeneka. Согласно дорожной карте, первыми прививки должны получить медики. Однако оказалось, что многие врачи отказываются вакцинироваться, кампания разворачивается медленно и в первые дни это привело к тому, что остатки вакцины просто выбрасывали. Ведь во флаконе десять доз, и после открытия препарат можно хранить не более 6 часов.

Чтобы избежать утилизации, Министерство охраны здоровья (МОЗ) разрешило использовать остатки для вакцинации людей из неприоритетных групп. Но не всех желающих, а “публичных деятелей”, которые якобы должны таким образом популяризировать вакцинацию среди населения. Для этого МОЗ издал специальный приказ №369, в частности, туда вписали публичную вакцинацию лично президента и министра здравоохранения.

Однако документ не объясняет, кто такие публичные лица, по каким критериям их определять и как попасть в этот список. За что МОЗ получил новую порцию критики. Первым организовался одесский Центр общественного здоровья, который создал онлайн-форму, куда смогли записаться желающие, аналогично поступил киевский городской Департамент охраны здоровья.

Люди из неприоритетных групп начали вакцинироваться, но в этом процессе до сих пор нет системности. Кто-то обратился к знакомым врачам и попросил вакцинироваться остатками, а ветеран Елена Белозерская написала на Facebook-страницу Киевского областного центра общественного здоровья и получила приглашение на вакцинацию.

“Буквы” расспросили вакцинированных людей не из приоритетных групп о том, как им удалось вакцинироваться.

Ирина Лепеха, руководитель регионального отделения ОО “Родители за вакцинацию” в Ровно

Когда Ирина узнала о приказе МОЗ, который разрешил вакцинироваться от COVID-19 неприоритетным группам, то связалась с Еленой Гандзюк, координатором вакцинальной кампании в области, и сообщила, что хочет вакцинироваться  остаточной дозой как общественный деятель. 2 марта ее пригласили в военный госпиталь, где мобильная бригада как раз вакцинировала медиков.

“Процедура стандартная. Я заполнила информированное согласие, в котором указывались все важные для вакцинации вещи (а именно противопоказания, наличие хронических заболеваний, тяжелых аллергических реакций, дата последней прививки и т. д.). Это стандартная форма, утвержденная МОЗ, которую подписывают при каждой прививке. Семейный врач рассказал о возможных поствакцинальных реакциях, достаточно подробно, чего ожидать, что в норме, а что выходит за пределы нормы. И как правильно справляться с реакциями, в каком случае обращаться к врачу”, – сообщила Ирина “Буквам”.

После этого медсестра провела вакцинацию, и Ирина подождала в больнице полчаса на случай острой реакции.

“Никакой справки о вакцинации не дают, в карту прививок не записывают, как обычно. Относительно второй дозы сообщили, что данные о первой дозе вносятся в электронную базу и вторая доза автоматически за мной бронируется. Позже меня пригласят, как только придет время. Вскоре должны утвердить, какой именно промежуток будет между первой и второй дозами, так как инструкция предусматривает 4-12 недель. У нас еще МОЗ не утвердил, какой промежуток будет применяться в Украине”, – рассказала она.

После вакцинации Ирина чувствовала себя хорошо, только испытывала легкую боль в месте укола в течение двух дней, не было ни повышенной температуры, ни ломоты. Через несколько дней заполнила форму о неблагоприятных событиях после иммунизации (НСПИ) – по собственной инициативе, чтобы медики могли фиксировать все реакции на новый препарат.

“Мобильная бригада, которая меня вакцинировала, выполняла свою работу очень четко, техника введения соблюдена”, – добавила она.

Олександр Махов, военный кореспондент

Александр снимал сюжет о вакцинации военнослужащих на Донбассе и там привился остаточной дозой.

“Во время съемок медики в военном госпитале сообщили, что некоторые армейцы добровольно отказались вакцинироваться, поэтому возникли “лишние” дозы, которые надо было использовать, врачи предложили мне привиться на месте, и я согласился”, – рассказал Александр “Буквам”.

Вакцинация проходила в военном госпитале в городе Часов Яр Донецкой области.

“Врачи измерили температуру, провели письменный и устный опрос о состоянии моего здоровья. Я заполнил добровольное согласие на вакцинацию. Все эти данные вносились в компьютер. Меня записали как сержанта запаса оперативного резерва первой очереди, ведь я служил по мобилизации в 2015-2016 годах. После этого я получил укол”, – говорит журналист.

Медики сообщили ему, что согласно рекомендациям вторую дозу следует получить через 4-12 недель.

“На Донбассе в командировках я бываю каждый месяц, так что в одной из них получу вторую дозу”, – рассказал журналист.

Через сутки после прививки Александр почувствовал легкий озноб и головную боль – температура поднялась до 37,5 градусов. В случае необходимости планирует обращаться к своему семейному врачу.

Семен Есилевский, биофизик, доктор физико-математических наук

Семен Есилевский, кроме основной работы, еще и активный блогер и популяризатор науки. В частности, освещает темы, которые касаются эпидемии COVID-19 и вакцинации. 4 марта, как Семен написал у себя в Facebook, он “доболтался”: Департамент охраны здоровья КГГА пригласил его вакцинироваться остатками вакцины на камеру в Киевской городской клинической больнице №3.

“Подписали информированное согласие, записались в перечень тех, кто вакцинировался, но не является сотрудником больницы, прочитали памятку относительно вакцинации. Измерили температуру, давление, провели устный опрос, дублирующий информированное согласие. Данные внесли в систему HELSI.me”, – рассказал Есилевский “Буквам”.

По его словам, медики не предоставили информацию о том, когда и где можно будет вакцинироваться второй дозой.

Реакция организма на вакцину была обычная, гриппоподобная – головная боль, озноб, слабость, боль в месте укола. Все прошло на вторые сутки.

“В случае возникновения побочных эффектов просили обращаться к семейному врачу, но все это было ожидаемо, поэтому не обращался”, – говорит Семен.

Наталья Атамась, орнитолог, кандидат биологических наук

Наталья Атамась вакцинировалась одновременно с Есилевским в Киевской городской больнице №3.

“У меня, как, думаю, и у многих, есть родители пенсионного возраста, еще и в группе риска по легочным заболеваниям. Поэтому я особо не искала для себя возможности вакцинироваться, скорее переживала за них. Тем более, я такой себе “лидер общественного мнения”, который может популяризировать вакцинацию в соответствии с приказом МОЗ об “остатках вакцины”. Но когда связались с Семеном Есилевским, который является большим пропагандистом вакцинации, и предложили “под камеры” вакцинироваться ему, он пригласил меня присоединиться – ведь было непонятно, сколько может быть этого “остатка вакцин” после вакцинации медиков. Возможно, девять доз, а возможно, ни одной, и тогда бы мы поехали зря”, – рассказала ученая.

В отделении, где проводилась вакцинация, уже находилась съемочная группа.

“Мы все забились в угол и ждали, пока перевакцинируют медицинских работников и врачей, чтобы выяснить, останется ли открытый, но недоиспользованный флакон и будет ли снят сюжет. Между тем вакцинация медицинских работников происходила в порядке живой очереди. Люди были раздражены, хирурги возмущались, что им надо бежать, а тут очередь и ожидание. В конце концов уже ближе к вечеру почти все медицинские работники были вакцинированы, и тут выяснилось, что в последнем флаконе осталось пять доз. Врач привела своего мужа, мы двое и два члена съемочной группы – так “закрыли” последний флакон”, – поделилась Атамась.

Присутствующие заполнили стандартную форму относительно противопоказаний и состояния здоровья – всё лежало рядом на столике, вместе с информационными буклетами по вакцинации. Также на отдельном листе пять человек, которые вакцинировались, написали свои данные.

“Далее в кабинете нам измерили давление, задали те же вопросы, касающиеся противопоказаний, после чего по нашему паспорту нашли нас в системе Helsi.me (так как у нас у всех были договоры с семейным врачом, мы находились в этой базе), внесли туда данные относительно нашей вакцинации”, – говорит она.

После вакцинации пациенты около 30 минут сидели в коридоре на случай какой-то опасной побочной реакции, но ни у кого ее не было. Всех попросили информировать медицинских работников в случае необычной побочки.

“У меня была довольно стандартная реакция на вакцину. Через 15 часов после введения – слабость, озноб, головная боль, прострелы в теле и температура 37,4. Все прошло через 8 часов. Своему семейному врачу об этом я не говорила, потому что решила, что это не какая-то важная побочка, а довольно стандартная реакция на вектор вакцины, которую мне ввели”, – рассказала Атамась.